Недавно был на одном литературном вечере. Большой зал, много выступающих. Я притулился на заднем ряду. Сидел — слушал. Как всегда некстати, у меня зазвонил телефон. Звонил экспедитор, который доставлял мне груз (новый телевизор). И вот этот экспедитор уточнял адрес и время доставки. Я — шепотом, тихонечко  —  начал диктовать адрес... Конечно, было неловко и стыдно говорить в  зале,  я понимал, что веду себя некультурно, следовало бы телефон просто отключить. Но отключить его я не мог. Я ждал этот груз и знал, что экспедитор должен был позвонить. Продиктовать адрес я толком не успел. Сидящий рядом пожилой человек, увешанный литературными орденами и медалями, начал гневно (и, разумеется, обоснованно!) выражать свое негодование:
— Ты чего болтаешь? Совсем обнаглел?  Вот ведь молодежь пошла… Отключи немедленно телефон. И не стреляй в меня глазами!
Пожилого товарища поддержала немолодая дама:
— Совести у вас нет, вы невоспитанный наглец, мы, интеллигентные люди, так никогда себя не ведем. Мы телефоны на литературных вечерах отключаем.
С одной стороны, было приятно, что меня (пятидесятилетнего дедушку) причислили к молодежи, с другой стороны, я, конечно, понимал, что виноват, и  пристыженно пролепетал:
— Извините, пожалуйста.
Но мои соседи не унимались:
— Вот ведь, какая наглость… Говорит в зале при всех — телефон не отключает. Еще извиняется... Нет, Россия зашла в тупик.
Я даже немного перепугался, не ожидал, что Россия зашла в тупик, что я персонально так низко морально пал, хотя, конечно, было очень стыдно, что я говорил по телефону в зале. Я еще раз сказал:
— Извините, пожалуйста.
Но соседи все никак не могли успокоиться.
Ну что тут поделаешь?
Я просто  пересел.
Сидя в самом нижнем ряду зала, я слышал непрекращающиеся рассерженные реплики этих очаровательных людей.
Еще раз говорю — замечательные интеллигентные люди, извините меня, пожалуйста.